Две правды.

С Ниной Анатольевной я познакомилась, как только мы с мужем переехали в новую квартиру в старой девятиэтажке. Она сразу показалась мне очень милой, доброй, но одинокой женщиной. Уже позже, через неделю, зайдя ко мне попросить соли, она осталась попить чай и, сквозь слезы, рассказала мне свою грустную историю одинокой женщины.Две правды
Нина Анатольевна была вдовой, лет 20 уже как схоронила мужа, и всю свою жизнь положила на алтарь счастья своей единственной дочери Юлии. На момент смерти отца, Юле было 10 лет, она тяжело перенесла смерть близкого человека, и чтобы не травмировать ребёнка, мать больше не строила отношения с мужчинами, посвятила всю себя воспитанию. Юлия выросла, начала учиться в институте, а к 20 годам собралась замуж и захотела выселить мать из трёхкомнатной квартиры, оставив её без угла, а сама бы продала эту квартиру и купила бы с мужем новую жилплощадь в центре города. Однако мать отказалась продавать СВОЮ квартиру, тогда Юлия разозлилась и свела общение с матерью к минимуму. Теперь они видятся только на праздниках, изредка Юлия приезжает к матери, привозит кое-какие продукты и помогает копейкой для оплаты коммунальных платежей.
Закончив свой грустный рассказ, пожилая женщина смахнула платочком катившиеся слезы по щекам и засобиралась домой. После её прихода у меня в душе осталось гнетущее чувство пустоты и грусти. Я старалась как можно чаще заходить в гости к своей пожилой соседке, развлекая её своими рассказами, чтоб хоть как то скрасить её серые одинокие будни.
Юлия ворвалась в мою жизнь стремительно и похабно. Ранним субботним утром она чуть не вынесла мне дверь, когда я её ей открывала. С порога она стала меня обвинять в том, что настраиваю её мать против неё и пудрю мозги старой женщине. Я опешила от такой наглости, начала выталкивать её за дверь, попутно рассказывая все, что я о ней думаю, неблагодарной дочери. Тут Юлия замолчала и горько заплакала. Я её провела на кухню, дала воды, и она начала рассказывать свою версию раздора с матерью.
До смерти отца они с матерью проживали в его квартире, других родственников у него не было, и он завещал квартиру своей единственной дочери. В 18 лет, когда Юля вступила в наследство, мать подсунула ей какие-то документы на квартиру, которые она по глупости и незнанию подписала. В 20 лет девушка собралась выйти замуж и предложила матери разменять квартиру, купить ей однушку, а себе с мужем двушку. Тут то и выяснилось, что квартира больше не принадлежит Юле — 2 года назад она подписала документы на передачу имущества своей матери. Когда Юля попыталась выяснить у своей матери, почему она отобрала у неё квартиру отца, та набросилась на неё с упрёками и обвинениями. Она упрекала дочь в том, что всю жизнь воспитывала её, растила, жизни не видела, все делала только для дочери, а квартира это плата за несостоявшуюся личную жизнь и потерянную молодость. Как бы ни пыталась Юля достучаться до матери и вразумить её, ничего не получилось, мать не хотела прощаться с квартирой. В итоге, девушка вышла замуж, они долго скитались по съёмному жилью, а через несколько лет взяли ипотеку, родили 2 дочерей и живут, в общем-то, не плохо. С тех пор отношения с матерью сильно испортились, общаются они теперь редко и только по необходимости.
Закончив свой рассказ, она встала, извинилась за беспокойство и ушла. После, во время очередных посиделок с Ниной Анатольевной, я спросила, так ли все на самом деле. Женщина нехотя отмахнулась и подтвердила слова своей дочери, обосновав все тем, что «я ей жизнь отдала, а она не может отдать какую-то квартиру». С тех пор я стала реже заходить к Нине Анатольевне, а вскоре узнала от соседей, что я тоже претендовала на её жилплощадь, а когда поняла, что не получится её заполучить — прекратила общение.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *